В преддверии встречи в Минске Ребенок.BY побеседовал с Евгением Олеговичем и узнал: кому и как надо лечить детей, когда пора вызывать доктора, почему воспитание — не только женская работа, кто такой ЕжОК, а также получил три напутствия для белорусских родителей.

 

— С кашлем и простудой родители растущих детей встречаются сотни раз. А мамы часто болеющих детей становятся почти врачами. Они точно знают, как и когда начинать лечить ребенка, ведь у них наработан богатый опыт. И все же — когда родителям таки необходимо обратиться к врачу?

— Правила обращения к врачу на самом деле универсальны и не имеют специфики, когда речь идет о кашле, насморке, температуре или поносе. Да, сплошь и рядом мамы действительно оказывают помощь своим детям, и это нормально — мамы ДОЛЖНЫ уметь помочь ребенку при основных симптомах: и при поносе, и при насморке, и при кашле, и при повышении температуры, и при разбитой коленке... Все это очень важно, и это надо знать и учить в школе. Обращаться же к врачу нужно обязательно, когда подобного симптома раньше никогда не было: именно так он никогда не кашлял, так быстро температура у него еще не поднималась… В общем, когда возникла ситуация, для действий в которой нет личного опыта, нет знания правильного алгоритма действий. Также нужно четко усвоить, что если двое суток подряд состояние ребенка ухудшается (мама произносит фразу «сегодня хуже, чем вчера»), то это однозначный повод обратиться за консультацией к медицинским работникам.

— Педиатры советуют родителям, решающим, болеет ребенок или нет, обращать внимание на аппетит, поведение и сон. Что бы Вы как специалист добавили в этот список?

— К этому списку я бы добавил ну разве что уровень физической активности. Именно уровень физической активности плюс настроение, которые можно объединить уже упомянутым словом «поведение», четко сигнализируют, что с ребенком что-то не так. Я, кстати, всегда очень серьезно отношусь к ситуации, когда мама говорит именно эту фразу: «С ребенком что-то не так, как всегда». Особенно если ты вроде бы ничего опасного не видишь, но мама отмечает необычное поведение и состояние. А если это «не так» случилось внезапно, то, значит, нужно задуматься, еще раз все проанализировать, дополнительно обследовать, задать 150 вопросов, чтобы уяснить, что именно «не так». Потому что иногда мама понимает, чувствует, что с ребенком творится что-то неладное, но внятно объяснить, четко сформулировать не может. В такой ситуации педиатр должен превратиться в следователя, который вместе с мамой доберется до истины и все-таки определит причину необычного состояния. И это, наверное, самый существенный плюс педиатрии — почти всегда к врачебному опыту и знаниям можно добавить наблюдательность и интуицию родителей, которые никогда нельзя недооценивать.

— Для современной цифровой эпохи в порядке вещей проверять назначение врача в Интернете, находить альтернативные способы лечения.  Как вы относитесь к лечению по Интернету? И что делать, если назначения врача не совпадают с рекомендациями д-ра Комаровского?

— Конечно, самый надежный способ решить озвученную вами проблему — это давать людям базовый уровень знаний об основах прикладной медицины: основах неотложной помощи, самодиагностики и самолечения. И самое главное, что при этом мы сможем четко обозначить границы самолечения, тот барьер, когда следует обратиться к врачу. Но этому нужно учить в школе, чтобы будущие родители уже знали места, где находится адаптированная к пониманию неспециалистами научная информация и умели ею пользоваться.

В любом случае вы должны понимать, что доктор Комаровский, несмотря на огромный личный опыт лечения и диагностики нескольких сот тысяч детей, позиционирует себя вовсе не как уникального лекаря-диагноста, способного определить и вылечить то, что другие не могут, а скорее как коммуникатора между родителями и современной медицинской наукой. Я пытаюсь объяснить вам всем, что никакой российской, белорусской или украинской медицины не существует. Медицина одна — научная. И я хотел бы, чтобы вы знали, какие ответы на родительские вопросы дает современная научная медицина. Большинству пап и мам эти ответы непонятны, поэтому я пытаюсь переводить их на понятный им язык.

К лечению по Интернету я отношусь нормально, особенно с учетом того, что в 21 веке активно развиваются цифровые технологии, когда теоретически не составляет никакого  труда с помощью современных средств связи заглянуть ребенку в рот, послушать его легкие и сердце, осмотреть его качественной веб-камерой с ног до головы. Такая дистанционная телемедицина ни в коем случае не должна осуждаться, наоборот — ее нужно всячески приветствовать. Но конечно же я против того, чтобы вы лечились по Интернету у неведомо кого и обсуждали тактику лечения ангины на родительских форумах.

Если назначения вашего врача с советами доктора Комаровского не совпадают, юридически в этой ситуации вы обязаны слушаться именно медика, которому доверили своего ребенка. Так что либо вы меняете врача, либо выполняете назначения того, к кому пришли. Другого выхода нет.

— Среди белорусских родителей большой популярностью пользовалось интервью с литовским (на самом деле — латвийским. — прим. ред. сайта Доктора Комаровского) детским хирургом «Большинство родителей безмозглы, все беды от них», основной идеей которого была мысль о том, что в большинстве своем именно родители виноваты в детских травмах и смертях (недосмотрели, не подумали, не ожидали). Вы согласны с тем, что родитель — источник детских страданий?

— Я хорошо помню это интервью Петериса Клявы — он не хирург, а реаниматолог. Но вопрос не в этом — интервью действительно произвело впечатление, имело резонанс, я его размещал на своем сайте и на своих страницах в соцсетях. По большому счету, Петрис просто назвал вещи своими именами, и в основном я с ним согласен. Другое дело, что наше сегодняшнее интервью да и большинство книг о том, как сохранить здоровье ребенка и помочь ему при необходимости, интересны одной очень небольшой категории родителей, и им кажется, что все остальные — такие же, как они. Все неравнодушные, все хотят научиться, все с утра до ночи заботятся своих детях… Как следствие — одни доводят детей до больниц и реанимации, а другие — читают и учатся. И эти аудитории очень часто вообще не пересекаются. Неудивительно, что в комментариях по поводу интервью латвийского реаниматолога было очень много негатива и возмущения: мол, нельзя так об этом говорить. На самом деле можно и нужно, другой вопрос в том, что родителей родительству действительно необходимо учить и государству нельзя быть равнодушным к тому, что творится в семьях. И речь не о карающей руке ювенальной юстиции — для управления автомобилем обязательно нужно пройти курсы и сдать экзамен, а чтобы обзавестись ребенком, родителям достаточно близко пообщаться после удачных танцев. Орешь на ребенка, бьешь его, паришь ему ноги или устраиваешь ингаляции горячим паром — изволь сдать экзамены или отправиться на обучающие курсы. Нет — перестаешь быть родителем. Другого варианта быть не должно.  

— В одном из интервью Вы сказали, что готовы задушить папу, остающегося с газетой в коридоре, пока мама с ребенком посещают ваш кабинет. Вы ратуете за вовлеченность мужчин в процесс взращивания детей (вспомним «У страны, где дети — женская работа, светлого впереди нет»). Вы по-прежнему уверены, что отстраненность мужчин от воспитания детей — дело рук самих женщин? Где мы совершаем ошибку?

— Я не только в этом уверен, но даже считаю, что никакой положительной динамики в этом направлении нет. Посещение Финляндии и изучение местной системы здравоохранения и образования привело меня вообще к универсальному рецепту счастливого государства. Суть рецепта проста: максимальное количество женщин — в политику, максимальное количество мужчин — к детям. Это действительно работает.

У меня в каждой стране и аудитории есть свой личный критерий оценки того, какие вопросы будут задаваться и какой вообще уровень будет у встречи — это определяется соотношением количества пришедших на нее мужчин и женщин. Например, залы, где мужчин 30% и где на 500 человек было 3 папы, как в Бишкеке, — абсолютно разные. А самая интересная аудитория по уровню задаваемых вопросов была у меня на встрече с родителями в Хельсинки, где соотношение оказалось 50 на 50.

Ошибки мы действительно совершаем, но чаще их делают женщины, которые считают, что они знают лучше. Их совершает государство, которое, по большому счету, сделало все «околодетские» профессии не особо престижными и доходными. «Не особо» — это мягко говоря. Если же воспитатель в детском саду, учитель в школе и детский тренер будут уважаемыми и очень обеспеченными, если в эти специальности ринутся мужчины, которые будут знать, что смогут нормально прокормить семью на одну зарплату, то многое, без сомнения, изменится.

И еще один момент: дети повторяют поведение взрослых. Если папа мальчика его воспитанием не занимался, то шансов, что выросший мальчик будет заниматься собственным ребенком, очень мало. Поэтому наша с вами задача — пользуясь возросшим уровнем коммуникации и цифровыми технологиями, сформировать первое поколение мужчин, которые будут принимать активное участие в воспитании детей. Если мы вырастим хотя бы одно такое поколение, мы прервем печальную традицию, когда дети — это женская работа.

— Тема оздоровления — лейтмотив многих родительских бесед. Куда и на сколько отправить ребенка, чтобы это принесло ему пользу?

— Отправить надо туда, где минимум факторов цивилизации. То есть имеются неограниченные возможности для реализации двигательной активности, не очень много людей, от которых можно подхватить инфекцию, минимум бытовой химии и максимально натуральная еда. В этом смысле деревенский отдых — это идеальный вариант. Главное только, чтобы мы четко понимали: если он уже доехал до деревни, то он не должен провести в ней три месяца с планшетом в руках.

Я уже много раз описывал мой вариант идеального отдыха для дошкольника. Повторю его еще раз: домик в деревне, надувной бассейн с колодезной водой, рядом огромная куча песка, ребенок, забывший про мыло, в одних трусах перемещается между водой и песком, и, пока он не закричит «Мама (вариант — бабушка), я тебя съем!», о еде никто не вспоминает. Глубоко убежден, что именно такой вариант отдыха за две-три недели восстанавливает ребенка от всех городских проблем, а если он в таком режиме проведет лето, то его здоровью можно будет только позавидовать. 

— Что должны усвоить мама и папа ДО рождения малыша, а что обязательно узнать с его появлением? Какую книгу Вы бы назвали настольной книгой родителя, заботящегося о здоровье ребенка?

— Самое главное — понимать, что это ваш ребенок, ваша ответственность, и никто, кроме вас, ничего решать не должен и не имеет на это никакого морального права. И коль скоро на вас такая ответственность, то вы обязаны учиться. Если, конечно, вы считаете себя людьми, достойными стать родителями в 21 веке. Надеяться на бабушек, государство и кого бы то ни было — принципиально неверно: перед Богом, совестью и людьми — это именно ваш ребенок. Если вы готовы получать знания, я готов вам предложить книги. Меня книги доктора Комаровского устраивают. Базовая информация — в книге «Здоровье ребенка и здравый смысл его родственников» и «Начало жизни вашего ребенка». Книга «ОРЗ» — это фактически энциклопедия простуд, ОРЗ и ОРВИ, а в трехтомном «Справочнике здравомыслящих родителей» есть информация обо всем — росте и развитии, прививках, питании, неотложной помощи и лекарствах. Кому лень читать, могут обо всем этом узнать из многочисленных видеоматериалов — абсолютно все созданные мною видеопроекты есть в свободном доступе у меня на сайте и на моем канале в «Ютубе». Добро пожаловать — учитесь.

— Говорят, внуков любят крепче, чем детей. Только говорят или это правда? Вы лечите собственных внуков или доверяете их здоровье детям и другим врачам?

— Думаю, что все очень индивидуально, но я бы сказал, что внуков любят иначе. Здесь меньше инстинктов и больше жизненного опыта, а в некоторых случаях — мудрости. Если у моих внуков возникают проблемы со здоровьем, разумеется, я даю советы их родителям. Понятно, что не я проветриваю и увлажняю комнату, не я пою ребенка и предлагаю ему жаропонижающие средства — родители этому обучены. И поскольку мои дети — сыновья, невестки — имеют полный объем базовой информации, то мне не особо приходится вмешиваться. Что же касается других врачей, то всегда, когда есть такая возможность, я предпочитаю помогать близким мне людям самостоятельно. Разумеется, если вопросы, которые нужно решать, находятся в моей компетенции.

— Как в Вашем «Инстаграме» (и не только) появились ежОКи? ЕжОКи — это кто?

— Все началось с моей книжки, которая называется «Маленькие сказки про ёжиков». Главные герои в ней именно ёжики, а сама книжка необычная — немножко философская. Объяснить, что это такое, невозможно, пока вы не возьмете ее в руки. После этого мне подарили ежика, который произвел на меня большое впечатление, запал в душу. Это такой вязаный ёжик, которого я назвал ЕжОКом. Кто не знает: Евгений Олегович Комаровский — это сокращенно ЕОК. Под этим ником я фигурирую в «Инстаграме», под ним меня знают и мамочки на форуме — «ЕОК сказал», «ЕОК написал». Соответственно, возникла интересная параллель между ЕОКом и ЕжОКом.

Маленький вязаный ёжик ездит со мной везде — участвует в съемках, путешествует, фотографируется… Все это радует моих личных подписчиков в «Инстаграме». Кроме этого ЕжОК и члены его семьи — мама Ежанна, папа Ежорж и еще куча родственников, например бабушка Ежозефина, — на фотографиях часто делятся опытом и рассказывают о правилах здорового образа жизни. В конце концов, если я скажу, что надо гулять с детьми — это одно, а если та же мысль будет иллюстрирована картинкой с семьей ежей в снегу — это совсем другое. Да еще если мы напишем на ней, что совместное гуляние не только улучшает здоровье детей, но и укрепляет здоровье взрослых, то это будет иметь гораздо большее влияние на тех, кто читает и смотрит картинки. Историю ЕжОКа и его семьи я планирую развивать и думаю, что у них достаточно большое и светлое будущее.

— За советом к д-ру Комаровскому идет множество родителей. Ответы на многие вопросы можно найти на сайте, в выпусках «Школы…», но можно ли сегодня попасть на прием к доктору Комаровскому лично?

— Я продолжаю реально принимать пациентов — от 2 до 5 человек, но, естественно, в те дни, когда нахожусь в клинике и у меня нет съемок, семинаров, командировок и т. д. Другой вопрос в том, что количество желающих попасть на прием намного превышает мои возможности, поэтому никакой открытой записи не существует. 99 % тех, кого я принимаю сегодня, — это мои старые пациенты, которых я знал еще новорожденными, лечил и вырастил. Теперь они уже мамы и папы, и визит, как правило, занимает несколько минут  — они приходят не жаловаться, а хвастаться, а если речь идет о болезни, то мне не надо читать им лекции о том, как напоить ребенка, какие должны быть параметры воздуха и почему не надо ставить ребенку банки-горчичники, парить ноги и обмазывать его козьим жиром.

— Три напутствия от доктора Комаровского, которые белорусские родители должны усвоить, как «Отче наш».

— Не жалуйтесь. Не надейтесь на «дядю». Учитесь.

И конечно же приходите на встречу со мной — увидимся в Минске 11 марта.

опубликовано 05/04/2017 14:50
обновлено 16/04/2017
Интернет

Комментарии

Для того чтобы оставить комментарий, пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.



Скачивайте наши приложения