- В нашем обществе фраза «доктор Комаровский» стала настоящим брендом с огромным знаком «+». Как вы считаете, в чем секрет такой популярности?

Абсолютная неудовлетворенность населения медицинской помощью. Понимание того, что спасение утопающих — дело рук самих утопающих. И в этой общественно-политической ситуации доктор Комаровский оказывается человеком, который не запугивает, не устраивает истерик, а дает простые и эффективные советы, да еще и без медицинского словоблудия (т.е. понятным языком). Как тут не стать популярным!

- Вы очень харизматичный человек, с отличным чувством юмора, вы в жизни легко сходитесь с людьми?

Сойтись для того, чтобы пообщаться несколько часов — легко. Найти человека, чтоб длительное время охотно видеть его рядом — трудно. Очень трудно.

- Как вы пришли к тому, что нужно выходить из стен больницы, заявлять о себе? Было ли желание прославиться, кому-то что-то доказать, кого-то научить?

Желание выйти из стен больницы вовсе не было попыткой кому-либо что-либо заявлять. Это была реакция на очень поздно (в 40 лет!) пришедшее понимание того, что работа в подобных условиях – при такой зарплате, при такой системе взаимоотношений с начальством — просто унижает человеческое достоинство. Кстати, на тот момент, когда я уходил из объятий государственного здравоохранения, я уже был автором трех книг и уже 2 года был сайт доктора Комаровского. Т.е. я, по мнению многих коллег, главврача и его заместителя, сильно много выделывался. А это ведь не бухгалтерия — это больница. С множеством тяжелых больных, которые не всегда выздоравливают. И когда ты неделю не отходишь от пациента, а он умирает, и ты с этой личной своей бедой приходишь на планерку и видишь счастливые от твоей неудачи глаза коллег, то вовсе не хочется никому и ничего доказывать. Хочется не видеть этих глаз.

- Вы очень талантливый писатель, ведь ваши книги – настоящие бестселлеры. Писательский талант проснулся неожиданно или стремление что-то написать было всегда, а вы просто копили материал?

Рассказывать и писать я, как мне кажется, умел всегда. А регулярная практика (истории болезни, объяснительные записки и т.д.) позволила развить и закрепить способности. Потом осталось лишь копить — и опыт, и материал.

- Ваши рекомендации нередко идут вразрез с общепринятыми догмами педиатрии, как вы к ним пришли – свой опыт, наблюдения, чтение иностранных медицинских источников или другое?

Огромная беда нашей страны как раз и состоит в том, что мы просто срослись с системой перевернутых ценностей. Это, кстати, относится не только к педиатрии, но и ко всем явлениям общественно-политической жизни. Но педиатрия очень показательна. И когда ты говоришь очевидные вещи, например о том, что не надо лечить антибиотиками вирусные инфекции, или о том, что надо помещения проветривать, так ты становишься чуть ли не революционером, борцом с догмами и постоянно идешь в разрез…

- Растили ли своих детей по своим рекомендациям? Всегда ли лечили их сами?

Разумеется, все то, что я советую вам, присутствовало в жизни моей семьи. Мои дети привиты, до года находились на естественном вскармливании, спали в своей кроватке, ходили в детский сад, гуляли в любую погоду, их никто не заставлял есть, никто не лечил кучей лекарств и т.д. Лечил я их сам почти всегда. «Почти» — потому, что аппендицит младшему оперировал не я. Но диагноз ему все-таки поставил папа.

- Как вообще педиатры относятся к вашим советам, рекомендациям, книгам? Приходится ли вам с ними спорить?

Мое общение с педиатрами крайне ограничено и ни о каких дискуссиях речь, как правило, не идет. Точно знаю, что равнодушно относящихся к Комаровскому мало. Молодые врачи и студенты в большинстве случаев уважают и благодарят. Врачи моего поколения и ряд узких специалистов (детские хирурги в поликлиниках, невропатологи, гомеопаты и еще некоторые), как правило, искренне недолюбливают (мягко говоря). Недолюбливают, не прочитав ни одной из моих книг — просто по факту моего существования, мешающего им спокойно жить и зарабатывать на людской глупости, покорности и безответственности.

- Почему, по вашему мнению, в нашем здравоохранении и, в частности, педиатрии так сложно что-то изменить? Почему педиатры не хотят переучиваться и переходить на новые нормы и стандарты?

Все решает человеческий фактор, система принятия решений и тотальная, фантастическая коррупция. Педиатры не хотят? Это не так. Это все равно, что спросить: почему наши водители не хотят ездить по нормальным дорогам? Хотят, да только от них мало что зависит. Всех, кто трепыхался, кто хотел что-то изменить, кто открывал рот и возмущался — их всех уже извели. Последних как минимум 80 лет уничтожают как класс. Какие уж тут стандарты. Остались тихие и покорные, ждущие доброго и заботливого царя-батюшку, готовые работать за 120 у.е. в месяц и за подарки от больных (поэтому всем нужны больные, ибо здоровые подарков не дают).

- Может ли мама «победить» участкового педиатра? Если она читает ваши книги и не согласна с рекомендациями местного педиатра, как ей быть? Может ли она куда-то обратиться с жалобой о невежестве своего врача?

Да что ж вы так взъелись на участкового педиатра? А может ли мама победить милиционера, нарушающего закон? Предвзятого судью? Ворующего депутата? Врущего журналиста? Вымогающего деньги таможенника, налогового инспектора, пожарного, экзаменатора — список могу продолжить. Мы все платим налоги и содержим государственный аппарат, который не выполняет своих функций. Если вы забыли, то напомню: государственный аппарат создается для того, чтобы нам с вами было хорошо, его задача — о нас заботиться и делать нашу жизнь лучше. А мы, вместо того, чтобы заставить государственный аппарат создать человеческие условия для педиатра, жалуемся на этого педиатра — и кому!! Тем самым чиновникам, которые сделали жизнь педиатра невыносимой.

- Не было ли у вас проблем с чиновниками от министерства здравоохранения? Или наоборот, может быть, они приводят к вам на прием своих детей?

Не было. Если будут — тут же со всеми поделюсь. На прием детей приводят, но у меня на приеме все большие начальники ведут себя совершенно нормально — как обеспокоенные мамы и папы и не более того. И мои назначения не зависят от материального состояния или положения в обществе родителей пациента.

- Много ли у вас звездных пациентов? Всегда ли они едут к вам в Харьков или были случаи, что вы приезжали к ним по вызову?

Все «звезды» в нашей стране очень быстро перемещаются в сторону Киева, откуда и светят, заманивая провинциалов. Клиником (моя клиника) в Харькове, и принимаю я только в Харькове. Так что звездных пациентов у меня мало. Но по телефону общаюсь со многими и часто. Последние 5 лет никаких вызовов — я принимаю только в клинике.

- Вы принимаете всех желающих или есть какие-то критерии для того, чтобы попасть к вам на прием?

Я принимаю только своих постоянных пациентов, которых знаю, которые являются моими единомышленниками, которым не приходится читать лекции о том, какая разница между вирусом и бактерией и почему ребенка не надо растирать водкой.

- Ваша телекарьера началась недавно и передача с вашим участием стала очень популярной, а как вы попали на экран? Вас пригласили прицельно или вы участвовали в разработке идеи телепроекта?

Моя телекарьера действительно началась недавно — всего 20 лет назад, в 1991 г — тогда я впервые рассказывал харьковчанам об эпидемии дифтерии в нашей стране. А после того было несколько сотен программ с моим участием. И в течение трех лет программа «Наше всё» на НТВ два раза в месяц приглашала Комаровского. А у нас это никому не было надо. Ну а потом продюсер Алла Липовецкая пригласила меня для участия в одной из планируемых медицинских программ. Но когда я ближе познакомился с предложенной мне ролью, то отверг предложение с негодованием. Мое негодование произвело неизгладимое впечатление на телевизионное начальство, и мы дружно пришли к мнению, что необходима авторская программа доктора Комаровского.

- Пришлась ли вам по душе роль шоумена? Комфортно ли чувствуете себя в кадре, перед камерой и т.д.?

В кадре и перед камерой я чувствую себя абсолютно комфортно и остаюсь врачом. Я делаю то, что всегда делал — отвечаю на вопросы родителей и объясняю им суть того, что происходит с их ребенком. Слово «шоумен» мне не нравится, оно принижает смысл и значимость того, что я делаю.

- Кто предлагает темы для передач? Пишется ли под них сценарий?

Темы, их последовательность, содержание программы — решение всех этих вопросов только в моей компетенции, плюс помощь сотрудников Клиникома. К огромному счастью, никакой цензуры, никакого вмешательства, а также полное и продуктивное взаимопонимание с Павлом Овечкиным — режиссером «Школы доктора Комаровского».

- Вы сейчас занимаетесь приемом и лечением пациентов или больше занимаетесь книгами и телевидением?

Приоритет однозначно за книгами и телевидением. За 30 лет практической педиатрии я уже основательно и налечился, и надиагностировался. Опять-таки я прекрасно понимаю, что книги и телевизор способны помочь тысячам и это по эффективности затрат моего времени не идет ни в какое сравнение с личным приемом нескольких десятков пациентов.

 - Есть ли новые проекты, над которыми работаете?

Разумеется, есть. И новая книга, и обновленный сайт, и проекты новых программ, и еще много всякого-разного.

- Как повышаете свою квалификацию?

Чтение. Ежедневное. Спасибо, что есть интернет и гугл-переводчик.

- По вашим рекомендациям для детсада в Казахстане открыли садик, а почему в Украине до сих пор нет такого заведения?

Появление детского сада по системе Комаровского — это инициатива конкретных людей плюс мои рекомендации. Рекомендации есть, с конкретными людьми — проблема. Т.е. в Алматы, Краснодаре, Питере и Москве есть люди, готовые создавать такие детсады, а в Украине есть множество людей, которые хотя водить в такой детский сад ребенка, но ждут доброго дядю, который подобный детский сад откроет. А добрые дяди нанимают собственным детям нескольких нянь и строят автозаправки, рестораны, клубы, поля для гольфа, торговые центры, филиалы банков и т.д.

- Вы отслеживаете, как работает этот садик, выполняются ли там рекомендации, насколько он популярен среди казахских семей?

Разумеется, отслеживаю. Общаюсь с персоналом, консультирую. 9 июня был телемост Харьков-Алматы с кучей народа, журналистами, мамами. Ни одно украинское СМИ этим не заинтересовалось. А журналисты — это ведь лакмусовая бумажка общества. Так что отсутствие детских садов объяснить не сложно — это отражение общественного самосознания. Что же касается Алматинского «Комарика» (так называется детский сад Комаровского), то свободных мест нет и заболеваемость детей, посещающих его, в 3—4 раза ниже, чем в целом по городу.

- Остается ли время на семью?

Остается. Мало. Но семья привыкшая.

- Вы не раз говорили, что педиатром решили стать, когда у вас родилась сестра. Не жалели о выборе профессии?

Жалел и неоднократно. Быть в нашей стране счастливым детским врачом невозможно.

- С сестрой остались теплые отношения? Часто ли встречаетесь?

Очень теплые. Практически не встречаемся. Но видимся очень часто. Да здравствует скайп!

- Не было ли предложений выехать за рубеж? Рассматривали ли вы их?

Были. При условии, что Россия, Беларусь, Киргизия и Казахстан — это «зарубеж». Лично мне до сих пор трудно согласиться с тем, что это не моя страна. Предложения рассматриваю с улыбкой.

- Как вы считаете, нужна ли нам страховая медицина?

Очень нужна. Но при нашей коррупции есть все шансы на то, что владельцем страховой компании будет некий племянник какой-нибудь тети (альтернативный вариант – дяди) из Министерства здравоохранения. А министерство будет писать распоряжение (как было в эпидемию гриппа), что лечить надо именно так (препаратом А, произведенным фирмой Б), а страховые компании должны будут оплачивать только такое лечение… В общем, перед тем, как начинать игру, надо написать нормальные правила игры и нанять честного судью, знающего эти правила.

- Модель медицинского обслуживания какой страны вам ближе всего?

Модель, которая существовала в СССР, была близка к идеальной по соотношению объем затрат / качество услуг и требовала незначительной коррекции. Уверен, что это можно восстановить. Но некому восстанавливать, поскольку заинтересованы в этом только пациенты, но никак не те, кто на медицине зарабатывает.

- Как вы считаете, у врача должен ли быть талант, призвание или всему можно научиться?

Современная медицина — это практически техническая специальность, которой можно обучить любого человека со средним уровнем интеллекта.

- Изменилось ли ваше отношение к жизни после того как стали известным и состоятельным?

Да. Мне больно и страшно, когда я понимаю, что лучшие годы моей жизни ушли на борьбу с ветряными мельницами, мне горько от того, что я и на 10% не смог реализовать свои способности. Мне грустно осознавать, что я живу в стране, в которой тысячи молодых мужиков выходят на митинги в поддержку политических партий и не готовы пальцем пошевелить в поддержку своих жен, своих детей, своих врачей, своих учителей. И свет в конце туннеля имеет отчетливую тенденцию к угасанию. Страшно. А ведь я всю жизнь был оптимистом…

- В этом году вас признали самым красивым мужчиной 2010 по версии одного из журналов, как вы отнеслись к такому званию?

Я неплохо знаком с перечнем своих достоинств и недостатков. Красоты в этом перечне никогда не было. Это ж до чего надо довести женщин нашей страны, чтоб они выбрали самым красивым пожилого страшненького детского врача — лишь бы хоть кто-нибудь там, наверху, подумал о детях, а не только о футболе.

- Считаете ли вы, что здоровье и красота нераздельные составляющие?

Не считаю. Красивый человек, как правило, здоров, но можно быть очень здоровым уродцем. В любом случае корректно ответить на этот вопрос невозможно, поскольку красота — явление неоднозначное, каждый вкладывает в это понятие что-то свое.

- Есть такое мнение, что в нашей стране абсолютно здоровых людей нет, а как считаете вы? Что для вас означает фраза здоровый человек?

А вот в отношении здоровья все вполне конкретно. Здоровье – реальная категория медицинской науки, это не только отсутствие болезней, но и состояние физического, душевного и социального благополучия. О каком социальном благополучии можно говорить в нашей несчастной стране? Так что здоровых вы здесь не найдете, ибо при существующих отношениях между людьми невозможно, будучи здоровым духовно, стать здоровым социально.

- Приверженец ли вы здорового образа жизни? В чем он заключается? Есть ли какие-то секреты?

Приверженец. Но не фанат. Не курю. Не напиваюсь. Стараюсь не обжираться. Провожу выходные не на диване, а на рыбалке. Три раза в неделю посещаю тренажерный зал. Последние два пункта сочетаются с фразой «когда позволяют обстоятельства».

- Помните ли вы всех своих пациентов? Может быть, был у вас пациент, которого вы больше всех запомнили? Если можете, расскажите о нем или о его случае.

Ну, касательно «помните всех» — это вы погорячились. Все — это десятки тысяч детей плюс мамы-папы-бабы-деды, и всё это такой круговорот, что память на лица давно погублена. Запоминаются лишь те, кто нечто большее, чем пациенты — друзья, враги, уникальные диагнозы, смерть, нестандартные обстоятельства встречи. И запоминаются не имена-фамилии, а именно обстоятельства. Рассказывать здесь можно много и долго. Я сейчас работаю над третьим томом справочника для родителей, вот закончу его и, пожалуй, начну писать свои записки врача, найти бы только время да силы.

- Наверняка среди взрослых людей Харькова есть много ваших бывших пациентов. Подходят ли они к вам на улице? Приводят ли к вам своих детей?  Может быть, есть, связанный с этим какой-то забавный случай?

Как раз тот факт, что на прием все чаще и чаще приходят со своими детьми мои пациенты — те, которых я смотрел еще новорожденными — это такое постоянное и грустное напоминание о возрасте… Пациенты подходят ко мне на улице последние лет 20, а сейчас подходят зрители «Школы…». Поскольку зрителей много, то перемещаться по улицам практически невозможно, и я эти перемещения максимально сократил. Последний забавный случай — в супермаркете: я весь из себя замаскированный, в кепке с козырьком на пол-лица, в черных очках, на вторую половину… Подходит работница магазина и спрашивает: скажите, а вы артист, или настоящий доктор…

- В преддверии жарких летних месяцев можете дать несколько советов по поводу того, как без страданий перенести жару взрослым и детям?

Много пить. Ограничивать объем еды, поменьше мяса и жиров. Не загорать. Вставать пораньше. В дневную жару прятаться. Пользоваться вентиляторами, кондиционерами, солнцезащитными кремами, шапками с широкими полями, просторной хлопчатобумажной одеждой. Мыть руки.

 

P. S. ЕОК: это интервью было весьма специфическим образом обработано и опубликовано в виде двух материалов.

Читателям, по-видимому, будет интересно сравнение подлинника и того, во что его превращает отечественная журналистика

ТелгидТелегид

опубликовано 01/09/2011 15:01
обновлено 04/10/2014
Пресса

Комментарии 3

Для того чтобы оставить комментарий, пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Лучший комментарий
astarta
12/10/2011 21:30

astarta Россия, Москва

Замечательное интервью, отличные программы, очень последовательные рассказы и доступные для разного понимания. Всегда конкретно и ничего лишнего. Очень умный, добрый человек. Такие люди нужны нашей стране, я испытываю большую гордость что у нас есть такой детский Айболит. Мамы: не бойтесь брать ответственность за своих детей (а не перекладывать на участковых педиатров). Хочется назвать самого доктора Комаровского золотой таблеткой от многих болезней и антибиотиков, нужно только посмотреть передачу по теме и вникнуть в то, что говорит доктор. Спасибо Вам, за то, что вы есть. Вы замечательный человек и творите добро!
4
Дмитрий Николаевич Изяков
27/11/2011 01:05 #

Дмитрий Николаевич Изяков Россия, Санкт-Петербург

Евгений Олегович, как и всегда, точен и словом "бьёт не в бровь"
Отличное интервью!
Браво и бис!
2
Валентина
08/11/2011 10:27 #

Валентина Украина, Фрунзовка

Да, интервью откорректировано политическим деятелем однозначно!!! Я про первую статью.
2

Скачивайте наши приложения