Нажмите на изображение, для просмотра оригинала в новом окне

Счастливы по-фински

В конце мая в разговорах русскоязычных родителей столичного региона (да и всей Финляндии, пожалуй) преобладала необычная тема — «К нам едет... нет, не ревизор, конечно, хотя как посмотреть?.. широко известный на территории бывшего СССР педиатр, ведущий популярной авторской телепередачи, доктор Евгений Олегович Комаровский». Он задумал снять серию документальных фильмов об особенностях воспитания детей в разных странах. Начать съемки решено было в Финляндии. «Спектр» публиковал в конце весны анонс о встрече доктора с родителями в ДКЦ «Музыканты» и интервью юного журналиста с Евгением Олеговичем на интересующие подростков темы. В конце своего визита доктор поделился впечатлениями о Финляндии и ответил на несколько уже взрослых вопросов.

— Евгений Олегович, что можете сказать по итогам вашей работы у нас? Что вам понравилось в Финляндии, что не понравилось? Может быть, что-то удивило?

— По большому счету, понравилось то, что дети — это смысл Финляндии. Это общее впечатление. Когда ты оглядываешься по сторонам и из одной точки видишь пять детских площадок — у тебя что-то переворачивается в сознании. Когда ты видишь огромное количество мужчин рядом с детьми — это потрясает. Даже когда мы пришли к ребятам, которые организовали продажу и рассылку по всему миру «детской коробки» — три молодых красивых парня целый день возятся с пеленками, распашонками... и они от этого счастливы, понимаете? В Финляндии обо всем, что связано с детством, думает государство. Оно думает за вас. Оно не даст вам совершать глупости. Оно вам помогает. Люди регулярно совершают глупости в том, что касается детей.

А здесь так — вы хотите искать у ребенка болезни? Государство вам не поможет. Хотите, чтобы с ребенком целый день занимались в садике вместо того, чтобы гулять? Ваше мнение никого не интересует, ребенок должен двигаться, прыгать, скакать — это приоритеты государственные! Я сегодня буквально чуть не плакал — стоял в детском саду и наблюдал в действии то, что они называют «мокрая прихожая». Как это все просто! Дети заходят в резиновой одежде, и там их сразу моют. И ведь это не стоит денег! У нас часто говорят: «Вот, у них там все так хорошо, а у нас не так, потому что они богатые...» Это глупость! Главное, что я увидел и понял в Финляндии: я думал, что здесь больше делают для детей потому, что здесь больше возможностей. Нет, здесь больше желания!

И я понимаю, что все, что есть здесь, может быть реализовано в России, Украине, Молдове, Казахстане, везде, без всяких напряжений для бюджета. Когда люди поймут, что будущее любой стаи определяется благополучием детенышей? Это закон, который я пытаюсь всем объяснить. Ну и второй закон, то, о чем я все время прошу: «Надо загнать женщин в политику и отправить мужиков к детям — тогда в стране будет счастье».

На что еще хочу обратить внимание — в отношении государства к детям не должно быть демократии. Есть медицинская наука, есть педагогическая наука... И если медицинская наука считает, что ребенок должен быть вот так одет, вот так питаться и вот так гулять (в таком количестве и в такую погоду), то мнение конкретной мамы не имеет никакого отношения к правде, понимаете? Вот есть врачи и педагоги, которые считают так. Если вы с ними не согласны — ищите другую страну, сидите с ребенком сами...

Возвращаясь к вашему вопросу: что меня удивляет? Одновременно я вижу две новости в Финляндии. Одна о том, как в Финляндии стало плохо производителям курятины. Решили, что очень тесно курам в клетках и поэтому надо, чтобы клетки были просторнее. И в то же время другая новость: решили, что раз денег нет, то на одного воспитателя в детском саду будет не 7 детей старше 3 лет, а 8. То есть, когда уплотняют детей и расширяют кур, — это не укладывается в моей голове. Причем я ничего не имею против прекрасных условий содержания кур перед тем, как мы их убьем. Я понимаю, что это разные министерства и так далее. Но все-таки это настолько противоречит здравому смыслу, к которому я привык, что понять этого я не могу

И еще одна вещь, которая меня удивила. С одной стороны, мне очень нравится, что финны не заморачиваются с лечением ОРЗ. Но в то же время они не особо заморачиваются и с профилактикой ОРЗ.

— Например?
— Например: воздухообмен в помещении, влажность воздуха. Я пытаюсь найти гигрометр в Финляндии! И я его найти не могу. Вот я был в великолепном детском саду, где стоит потрясающая климатическая установка, централизованно все это сделано, все вентилируется. При этом прибора, который показывает влажность воздуха, я не вижу. Более того, мне рассказали о том, что показатели воздуха в этом детском саду фиксируются электронно и есть некий центр, куда стекается вся информация, то есть даже персонал садика на это не влияет. Но я же прекрасно понимаю, что если в стране 9 месяцев отопительный сезон, то в этой стране проблемы с влажностью воздуха. Это проблема, которая увеличивает риск вирусных инфекций, аллергических заболеваний, вероятность развития бронхиальной астмы, различных осложнений, — это однозначно влияющий фактор! Ребята, где меры? То есть отлично, что не лечатся эти 10 ОРЗ в год, но лучше не лечите 8! Это же тоже вариант, над которым можно подумать?

Также хочу сказать, что совершил для себя грандиозное открытие, о котором тоже буду много говорить: оказывается, главная проблема советской женщины, которая попадает в финские условия, в финскую педиатрию, — это то, что она не может попасть «к врачу».

— Да, очень часто молодые и не очень мамы на это жалуются.

— Да, жалуются: «Вот, мы приходим к медсестре, просим отправить нас к врачу...» А я пытаюсь понять, что такое финская медсестра… Это человек, который:

а) оценивает рост и развитие ребенка, дает консультации по уходу за ним, по питанию, по гигиене и так далее;
б) рекомендует анализы, делает оценку результатов;
в) делает прививки;
г) назначает антибиотики...

То есть финская медсестра выполняет все те функции, которые в нашей стране выполняет педиатр. Значит, я прихожу к выводу, что в Финляндии огромное количество педиатров, которых они просто называют медсестрами. А те, кого мы называем профессорами, консультантами, — здесь работают врачами. И если бы финны просто называли медсестер врачами, а врачей — докторами, то все были бы довольны! На самом деле, для того, чтобы стать финской медсестрой, нужно гораздо больше знать и учиться, чем чтобы стать украинским педиатром. Более того: чтобы стать финской медсестрой, у вас не получится ни одного экзамена сдать за деньги, это точно. Поэтому я могу сказать, что финская медсестра рядом с ребенком у меня вызывает больше доверия, чем постсоветский детский врач. Понятно, что это не универсальное правило, и везде есть исключения, но общая тенденция такова.

— Я так понимаю, что мам не устраивает то, что эта же медсестра лечит взрослых?

— Я говорю прежде всего о тех медсестрах, которые работают с младенцами. А в целом обслуживание определяется качеством образования. Ведь есть стандартная мировая практика, не надо изобретать велосипед. На каждое сочетание симптомов есть диагноз и утвержденный алгоритм действий, который называется словом «протокол». Медсестра не выдумывает протокол, она должна его знать. Задача медицинской науки — дать ей эти знания. И все.

А у нас каждый профессор сочиняет свои рецепты, свою методику лечения. Вот, кафедра профессора Иванова говорит, что надо так, а кафедра профессора Петрова — что так. А финнам не надо столько профессоров, все лечат одинаково. Не должно быть так, чтобы здесь лечили плохо, а здесь — хорошо, должны везде лечить хорошо. А значит, везде должны работать одни законы, одни правила. Поэтому нельзя предлагать медсестре алгоритм действий, допускающий разные варианты: назначить или это, или это... Такого быть не должно, вы должны назначить это, а если оно не помогло, тогда — это, а если и оно не помогло — вот тогда направьте к доктору. И она должна это запомнить. И она запоминает. А что забыла — посмотрела в компьютере. И в этом нет ничего стыдного.

— То есть это хорошо, но вам кажется, что мамы этого не ценят?

— Мне кажется, это ошибка всех стран, которые сталкиваются с иммиграцией. За исключением, пожалуй, Израиля. Финны не опускаются до того, чтобы объяснить людям правила игры. Люди приезжают сюда из страны, где государство находится в противостоянии с населением. И когда финское государство начинает проявлять интерес к вашему ребенку, то постсоветская женщина не ждет от этого ничего хорошего. И может проявлять агрессию. Государство проявляет ответную агрессию. И возникают конфликты, которых можно было бы на 100% избежать. Просто здесь государство, если интересуется твоей жизнью, то оно делает это с добром. А мы в это поверить не можем — у нас от государства никто ничего хорошего не ждет по определению.

— Евгений Олегович, хотела спросить вас вот о чем. На встрече с родителями, которую вы проводили в «Музыкантах», было задано множество вопросов. И на часть из них вы даже успели ответить. Как вам показалось, в целом вопросы от мам, живущих в Финляндии, чем-то отличались от вопросов таких же мам, живущих в России, Украине и т. д.?

— Вы знаете, в целом они не отличаются. Но намного меньше вопросов, связанных с деятельностью медработников. То есть, например, если приезжаю я, условно говоря, в город Кишинев, то каждый второй вопрос: «А вот вы знаете, нам гомеопат вот это назначил». И мы два часа обсуждаем тему сомнительности гомеопатии. Или приезжаю я, условно, в город Одессу, и каждый второй вопрос о том, надо ли трогать мальчиковые писюны или не надо их трогать. Потому что одесские хирурги норовят каждого за него дернуть. Понимаете? Поскольку здесь не совершают все эти глупости, то и вопросов на эту тему не возникает.

Что меня всегда искренне огорчает на подобных встречах — это то, что за все два часа не прозвучало ни одного вопроса, на который я бы ранее уже не дал развернутого, подробного ответа. И дело в том, что я не продаю эти ответы. Мы, теряя огромные деньги, всю информацию от доктора Комаровского выкладываем в открытый доступ. Потому что мой проект не имеет целью мое личное обогащение. Мы это отдаем, но люди не хотят это брать! Люди не верят, что врач, находящийся в конфронтации с государством, может говорить правду. Люди думают, что я пишу это потому, что на меня кто-то давит...

—...или потому, что вам платят за это.

— Да, или потому, что платят. Люди думают, что на личной встрече я могу сказать что-то другое. А я не могу сказать что-то другое! Я могу, наоборот, сказать более жестко... То есть если в интернете я пытаюсь что-то донести, ну например, «девочки, не трогайте мальчиковые писюны, это неправильно», и объясняю, почему этого делать не надо, то на встрече это может звучать так: «Девки, у вас другого писюна нет? Вот идите и дергайте за него, а этот не трогайте!»

— Но вы же понимаете, что это недоверие не на пустом месте, очень трудно поверить, что хоть кто-то рекомендует не то, за что заплатили или на что указали.

— Да, я прекрасно понимаю! Но тут такая ситуация: женщина, которая может принять решение оставить родину, поменять свой уклад, приехать в новую, незнакомую страну, учить язык, выйти замуж за жителя другой страны... — эта женщина должна быть с другим характером: более решительная, более энергичная, более здравомыслящая... Это другая публика, по определению другая, не «совковая», это женщины, которые видят, сравнивают, понимают... И все равно они остаются такими же!

Я каждый раз на встречах повторяю адрес сайта, есть страница в «Фейсбуке», канал на «Ютубе», своя социальная сеть — все открыто, приходите и берите. И тем не менее факт остается фактом — люди не могут пойти и взять.

— Но вы же сами на сайте пишете, что всем хочется, чтобы именно его ребенка, лично, осмотрели и пожалели.

— Да, лично, всем этого хочется.

— Хорошо, Евгений Олегович, в завершение нашего разговора такой вопрос. «Детская Финляндия». Какими бы тремя словами вы ее описали?

— Наверное, первое слово — это Спокойствие. Второе слово — Папа. А третье... даже не знаю, как это сказать одним словом... Знаете, вот это — «Молодым везде у нас дорога». Всех волнует жизнь детенышей. Это страна, которая смотрит на детей.

В стране есть финское, национальное представление о том, как надо воспитывать детей. И мы заставим вас принять это — детям должно быть хорошо. И должно быть хорошо по-нашему, по-фински. Вы будете сопротивляться, вы будете пытаться их по-совковому сделать счастливыми, но вам это будет очень тяжело — они все равно будут счастливы по-фински.

опубликовано 15/09/2015 16:23
обновлено 04/04/2017
Пресса

Комментарии 3

Для того чтобы оставить комментарий, пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Лучший комментарий
Ринат
16/09/2015 11:14

Ринат

Что лично меня всегда напрягает, хотя совершенно объяснимо это патологическая ненависть к совку. Все мы родом из совка. И я в том, числе тоже. Плевать в свое прошлое, это как минимум некультурно....
1
Antonia
16/12/2016 09:39 #

Antonia Украина, Днепропетровск

Прошлое, совковое или великое СССР-ое, - ПРОШЛОЕ! А наши дети живут сейчас, отсюда надо и плясать.Конечно, можно вздыхать сколько угодно или ругать... но Доктор пытается донести информацию о том, как нам в наших НАСТОЯЩИХ реалиях вырастить здоровых детей!!!!
Алис
14/09/2016 11:12 #

Алис

Времена СССР, конечно, многие не любят. Но большая разруха всё же произошла после его развала. А во времена "совка" для детей разве не бесплатно всё было? Детсад, школа, институт, медицина, кружки по интересам, спортивные секции, путевки в детские лагеря - всё доступно, всё пожалуйста. В школе зарядка перед занятиями(!) была. А уже во времена независимости всё платно, дети не нужны никому стали.

Скачивайте наши приложения